Прощание с Киевом

Среди российских мужчин бытует мнение, что главная сила Украины — в девичьей красе. Мы отправились в столицу славы и воли удостовериться, что так и есть, и оказались в Киеве накануне решающих дней.

  • Среди российских мужчин бытует мнение, что главная сила Украины — в девичьей красе. Мы отправились в столицу славы и воли удостовериться, что так и есть, и оказались в Киеве накануне решающих дней. [one_third first]Слова Григор Атанесян
    Фотографии Евгений Петрушанский
    Стиль Стас Арсень[/one_third][one_third][/one_third]
    po_000124790001_

    На Мириам – пальто KAMENSKAYAKONONOVA.

    Поэтесса Мириам Драгина была на Майдане с первых дней декабря и принимала активное участие в акциях протеста.
  • [one_half first]15.02, 07.00
    АЭРОПОРТ БОРИСПОЛЬ
    Мы прилетаем в Киев ранним утром 15 февраля. Через три дня здесь все переменится навсегда. Но мы, естественно, этого не знаем. На паспортную проверку мы с фоторедактором Олей, в прошлом киевлянкой, идем в разные очереди: она – гражданка Украины. Пока я жду своей очереди пересечь черту, ко мне подходят двое вдребезги пьяных мужчин и зачем-то интересуются: «А вы, простите, не громадянин?». В город нужно ехать на маршрутке; водитель спрашивает что-то на украинском, увидев, что мы не понимаем, моментально переходит на русский. Дорога упирается в бесконечную пробку где-то в спальном районе, который в такую погоду мало отличим от родных окраин Петербурга: те же убогие пивные и «рестораны», те же панельные дома, правда, в их архитектуре больше эксперимента и изобретательности.

    [/one_half][one_half]

    Чтобы попасть в квартиру нашей знакомой, живущей на углу Пушкинской и Прорезной улиц, нам приходится еще с чемоданами идти через Майдан. На площади Независимости находится сотня-другая самых идейных борцов, обжившихся там вполне мирно, будто в кемпинге. На фоне палаток и баррикад фотографируются туристы. Разгона ждут не раньше завершения Олимпиады.

    14.50
    ПУШКИНСКАЯ УЛИЦА
    Ждем активистку Майдана поэтессу Мириам Драгину. Маша нещадно опаздывает и несколько раз звонит, уточняя, как добраться. Ориентир – «Вареничная». После очередного звонка трубку берет находящийся с нами подающий большие [/one_half]

  • [one_half first] надежды дизайнер Антон Белинский и объясняет Маше дорогу так: «Заходишь в ” Вареничную“, заказываешь вареники, садишься на вареники и ждешь».

    Мириам
    Ночь на Майдане
    «В свете последних событий стало понятно, что люди очень неравнодушны, охотно приходят на помощь друг другу и организовываются. Переломным моментом было 10 декабря 2013 года.Я была в ту ночь на Майдане. Началось оцепление, я никогда не видела такое количество солдат, милиции, нас было изначально тысячи две, а потом в течение часа со всего города съехались люди, и такси работало бесплатно. Собралось не меньше 60 000 человек, и милиции пришлось отступить. Это была не фейсбук-тусовка, а простые киевляне, из разных слоев общества, разного возраста. Я часто вижу на площади своих одноклассников, друзей из школы, университета».

    Люди в штатском
    «Недавно со мной встретились два человека в штатском. Они вышли на меня через новую знакомую с Майдана, она сказала, что со мной желают поговорить ребята, которые хотят устроить акцию. Эти двое назначили встречу в одном кафе подальше от Майдана и предложили мне провести акцию перед штабом спецподразделения ”Альфа“, которое до сих пор в площади никак не участвовало, у него другие функции. Идея была устроить женскую акцию перед их штабом, принести пирогов, сказать, мол, вы единственные, кто нас может защитить, ведь мы, девушки, очень переживаем. Я отказалась, потому что они настаивали на срочности и секретности, просили ничего никому не говорить и прессу предупредить за час. Кроме того, они мне убедительно порекомендовали не делать ничего без их участия, сказали, что это может быть небезопасно для меня, что они знают, где я живу, но я после этого сделала еще одну акцию, свою, и плевать я хотела на них, конечно. Это какие-то внутренние игры».[/one_half][one_half] Мы обходим Майдан, разговаривая с Мириам, русский рэп из колонок на сцене сменяется хитом Happy Фарелла Уильямса. Это из Москвы казалось, что жизнь Киева парализована и Майдан стал ландшафтом города par excellence. Но Розанов писал: «Боль жизни гораздо могущественнее интереса к жизни. Вот отчего религия всегда будет одолевать философию». Нельзя точнее объяснить, почему даже во время главных политических потрясений с приходом сумерек всегда будет разгораться веселая, ни к чему не обязывающая жизнь. Из заведений около Майдана остались открытыми все питейные, кажется, вообще все, кроме гей-клуба Andy Bar. Жажда жизни сильнее рефлексии, по крайней мере в славянских городах. Выходим на Крещатик, оттуда сворачиваем к Бессарабской площади. По всему центру прохаживаются люди в камуфляже и с масками на лицах. Иногда они переговариваются по рациям, но, кажется, никого кроме нас это зрелище не удивляет. Милиции не видно вообще.

    18.13
    УЛИЦА ДАРВИНА
    Мы встречаемся с Дарьей Шаповаловой в большой интеллигентской квартире, заставленной книгами на всех европейских языках и увешанной старинными барочными иконами и современной живописью. В свои 26 лет Дарья Шаповалова – главная украинская it-girl, прославившаяся на телевидении с программой «Неделя моды с Дарьей Шаповаловой», колумнистка нескольких модных журналов, организатор и креативный директор Mercedes-Benz Fashion Week Kiev, на которой дебютировали все молодые украинские дизайнеры: от Саши Каневского до Ksenia Schnaider.

    Дарья
    Новый Киев
    «Можно придумать себе город и жить в нем. В этом одна из задач творческих людей. Но уже сейчас Киев – это потрясающе комфортный город. Здесь за день получается объездить шесть мест, как в Милане, где тоже можно за день все успеть. [/one_half]

  • [one_half first]

    На Мириам – халат ANTON BELINSKIY.

    [/one_half][one_half] Я знаю только тех людей, кого я хочу знать, все остальные меня просто не интересуют, у меня нет на это времени. Всеми своими действиями мы придумываем новый Киев, которого нет. У моего поколения есть осознание, что красота города зависит от его обитателей. Где можно встретить этих людей? У нас на Неделе моды, в фейсбуке и в материалах Dazed & Confused. У нас нет такого общепринятого места, как ” Стрелка“ в Москве, в Киеве еще это все не наладилось, есть только отдельные события, которые привлекают правильную публику».

    Паспорт – не проблема
    «Мне, наверное, классно везде, кроме Москвы. Я не понимаю, зачем переезжать в Нью-Йорк, чтобы жить в Квинсе и радоваться, что где-то там есть Манхэттен? Большинство наших людей ведет там не ту жизнь, которой стоит завидовать, а у меня все очень просто: я готова уехать в другой город только на те же стандарты жизни, что уже есть у меня здесь. Фэшн – это глобальное явление, и в этом наша сила. Мы там себя чувствуем так же хорошо, как здесь, и можем позволить себе делать шоу в Лондоне и Париже, приглашать тех же экспертов и дизайнеров, мы больше и больше интегрируемся в мировой контекст. Мы уже в Европе, лично я уже в Европе, паспорт – не проблема вообще».[/one_half]

  • На Дарье – свитер ANTON BELINSKIY

    ДЕВУШКИ КИЕВА Дарья Шаповалова – главная украинская it-girl, организатор и креативный директор Mercedes- Benz Fashion Week Kiev.
  • [one_half first]Лавра
    «Наш офис долгое время располагался в помещении прямо на территории Киево-Печерской лавры, и мы каждый день слышали колокольный звон и ходили обедать в монастырскую трапезную. Это было просто ближайшее место, больше в округе ничего нет. Гостей Недели моды мы тоже стараемся отвести в Лавру, она отражает великое прошлое Киева как центра Киевской Руси, там такое спокойствие, тишина, красота. А вечером мы обычно ведем их в ресторан украинской кухни на Андреевском спуске, там есть два хороших: ” Канапа“ и ” Культ Ра“. Я не очень люблю украинскую кухню, так что ем ее два раза в год, с гостями».

    Воздвиженка
    «Мы скоро переедем в новый офис на Воздвиженке, там очень красиво, и мне не терпится туда переехать, потому что там никого нет, только несколько хороших. Там много особняков, киевское барокко в гипертрофированном варианте, это старый полузаброшенный район. До недавнего времени там оставались очень старые дома, это был почти что дачный поселок. Мама рассказывала, что в 1980-х время там будто бы остановилось, на аллеях стояли граммофоны, играла музыка. Киевляне Воздвиженку не любят, говорят, что там овраг и вся нечистая сила. Если Киев – мистический город, то Воздвиженка – его мистический центр, и есть очень много легенд о том, что рядом на холмах собираются ведьмы. В детстве мы бегали туда, исследовали склепы, кладбища, и было очень страшно. Не знаю, сохранилось ли это все до сих пор. Если я чувствую в месте себя хорошо, мне все равно, что там происходило до меня».[/one_half][one_half]Фрески Врубеля
    «Еще одно мое любимое место в Киеве – Кирилловская церковь с фресками Врубеля, она находится возле Глевахи, где психбольница; это далеко от центра, туристы там не бывают. Раньше там при входе была надпись: ” Сумасшедших с рук не кормить“».

    Больше жизни
    «В Киеве не хватает выставок и театров. Здесь есть шикарные музеи, Научно-природоведческий музей на Богдана Хмельницкого – наш аналог Natural History Museum. Но здесь совершенно нет выставок, посвященных моде. Чтобы стать действительно столицей, а не провинцией, Киеву не хватает богатой насыщенной жизни, но не в смысле светскости, а в смысле именно культурной жизни. Андреевский спуск всегда был культурным центром, и когда я была маленькая, мы с родителями туда ходили, там на выходных были ярмарки, очень много театров; сейчас какие-то остались, каких-то уже нет, но он вполне мог бы стать таким центром. Ландшафт города давно сложился, но в нем не хватает либо интересных людей, либо интересных событий, и вот вдруг это все придет».

    21.47
    ПЛОЩАДЬ НЕЗАВИСИМОСТИ
    Речи выступающих на сцене сопровождаются лазерной бегущей строкой на фасадах стоящих на площади домов. Текст, разумеется, на украинском, и я могу разобрать только про то, что в России, по официальным данным, преступность вдвое выше, чем в Евросоюзе, а по неофициальным – втрое. [/one_half]

  • [one_half first]

    Саша Самсонова – самый заметный представитель новой формации киевских фотографов.

    [/one_half][one_half]Время от времени из густого тумана в метре от нас вырастает какой-нибудь очередной боец самообороны Майдана то ли с ножкой от стула, то ли с палицей в руках и в маске с прорезями для глаз, неуловимо напоминающий солдатов Бэйна из последнего «Темного рыцаря».

    23.57
    БУЛЬВАР ТАРАСА ШЕВЧЕНКО
    Последняя на сегодня встреча – с Сашей Самсоновой, самым активным фотографом новой формации. В меню кафе, где договорились увидеться, лучший пункт – перцовка. Оказывается, это любимый Сашин напиток: она настаивает, что после него нет похмелья.

    Саша
    Город без Starbucks
    «Когда я только приехала в Киев, он показался мне городом-гигантом с тысячью оттенков серого, а сейчас я живу в нем, будто бы в большом отеле. Он меньше и удобнее остальных городов, где я бываю, в Киеве действительно можно ходить пешком, а не от тачки к тачке. В Киеве есть все то, что я люблю, мне нравится, какие дурацкие тут люди, мне нравится, что у нас нет H&M, нет Starbucks, нет UNIQLO, что мы говорим ” шо“. Я, ужгородская телка, чувствую себя здесь королем и, кажется, могла бы ходить здесь в белых тапочках».[/one_half]

  • По всему центру прохаживаются люди в камуфляже и с масками на лицах. Иногда они переговариваются по рациям.

  • Киев стоит в тумане и дышит ленью: кажется, все считают своей заслугой тот факт, что пережили зиму.

  • [one_half first]
    Через руки стилиста Дарьи Лагенберг прошли практически все молодые фотографы, стилисты и визажисты Украины.
    [/one_half][one_half]Люк в комнату под землей
    «Однажды я побывала в совершенно дурацкой ситуации. Знакомые привели меня в квартиру, в которой живут приезжие чернокожие студенты из университета; там стоял огромный столб дыма от травки, все играли в видеоигры, музыка была даже не рэп, а полуямайская, полу-африканская. И я подумала: тут нахожусь я и еще пятнадцать черных чуваков, хуже быть не может; и в этот момент они открыли люк, выходящий в еще одну комнату под землей…»

    Twerking в «Юности»
    «Я обожаю рэп, трэп, хип-хоп – это единственная музыка, под которую я могу танцевать. Недавно у нас открылся клуб ” Юность“, у них каждые выходные рэп-вечеринки. Мне не надо напиваться и сходить с ума, там просто играет правильный андеграундный трэп, и я на полу делаю нормальный asshake. Я занимаюсь два раза в неделю twerk, ну ты понял, bootyshake – в Киеве есть два места, где этому учат».

    Баскетбольный клуб «Будівельник»
    «Столько же крутых впечатлений в Киеве я получаю только во Дворце спорта, куда я хожу на баскетбол болеть за ” Будівельник“. Так же громко, как я, кричит еще один посетитель, но это умалишенный чувак. Я знаю почти всю команду, знаю тренера и даже снимала их для Esquire в прошлом году. На спине у меня татуировки с цитатами из Дерека Роуза, одного из моих любимых баскетболистов».

    Свидания дома
    «Честно говоря, я из тех людей, кто предпочитает проводить время дома. Я не очень люблю, когда вокруг есть люди, мне хочется our own privacy. Я и свидания пытаюсь организовать так, чтобы мы в итоге встретились либо у него, либо у меня дома, чтобы не было посторонних факторов. 90% моих свиданий проходят дома, 15 минут разговариваем и еще час и 45 минут занимаемся сексом – так для меня понятнее».
    [/one_half]

  • На Насте – накидка OMELYA ATELIER.

    Проект «Настя Вакуум», созданный студенткой Киевской консерватории, эскплуатирует тематику русской поп-музыки.
  • [one_half first] 16.02, 12.45
    БОТАНИЧЕСКИЙ САД
    Просыпаюсь в квартире друзей на улице Саксаганского. Следующая встреча – в доме напротив, Саксаганского, 131а. Но пока можно просто погулять. Рядом с домом в ста метрах друг от друга два ларька с кофе на вынос. Я беру в одном американо, в другом – латте и отправляюсь в Ботанический сад, окруженный разноцветными панельными домами.

    16.02, 13.40
    СТАНЦИЯ МЕТРО «ДНЕПР»
    Едем к Днепру на метро. В подземке во всех столицах обнажаются социальные контрасты, и киевская не исключение. На наших глазах разворачивается долгий бытовой конфликт, и один из участников резко переводит спор на украинский язык, а его оппонент замолкает. Выходим на станции «Днепр». Открытая платформа украшена с одной стороны скульптурой женщины, выпускающей голубей («Мир»), и фигурой рабочего («Труд») с другой – обе, как написано, установлены в 1964-м. Левый берег Днепра скрыт туманом, а на реке сходит лед. Набережное шоссе покрыто граффити с призывами вроде «Зека геть» и «Банду геть», местами измененными на гомофобские.

    16.02, 21.40
    УЛИЦА САКСАГАНСКОГО
    В гостях у Насти Воган. Она представитель постсоветской творческой молодежи, оставленной в безвоздушном пространстве и уходящей все дальше в интернет-арт и нишевую музыку. Впрочем, все это не означает аполитичности: Настя вместе со своим другом Антоном строила баррикады на Майдане («Было страшно, но суперинспайринг», – комментирует она). Вообще почти все, кого мы встречали, рассказывали о своем участии в Майдане как о вдохновляющем моменте, который уже закончился, и дальше – неопределенность.
    [/one_half][one_half] Настя
    Странные дни
    «Когда я первый раз приехала в Киев с родителями, мне здесь очень не понравилось, мы гуляли по Крещатику, очень громко пела Таисия Повалий, а я была в только что подаренной синей дубленке. А потом я приехала сюда уже сама, когда решила поступать в Киевскую консерваторию. Переезд мне помнится очень солнечным, как в песне ” Странные дни“ киевской группы ” Взрыватели“ – это были достаточно странные дни».Остров Русановка и сильно пьющие люди
    «Первое место, где я жила в Киеве – это остров Русановка. Там очень хорошо в туман, я вообще очень люблю напустить туман. Это остров сильно пьющих людей и бабушек. Наверное, в 1960-х он был идеальным местом, когда там строились славные панельные пятиэтажки, а потом весь затуманился и расплылся. Утром можно выйти на рынок, где можно купить отличные свежие фрукты и наблюдать огромное количество бабушек всех сортов. Это даже не рынок, а дорожка, как говорят в Одессе, метров 800: там продают трусы, тазы, фрукты, овощи и разные полезные в хозяйстве вещи – это частное предпринимательство в самом диком виде».

    Клуб на Подоле / Берлинское техно
    «Если ты часто ходишь на вечеринки, ты учишься ценить тонкие настроения, которые могут появиться от тех, кто ставит музыку. Я хожу на вечеринки в клуб Closer на Подоле, туда можно попасть через заводскую проходную – это что-то в духе приятных мест для молодых людей, которые работают в изданиях и агентствах. Я слабо представляю, чем занимаются люди, которые там танцуют; я, вернее, представляю, чем занимаются люди на заводе, а чем в офисе… [/one_half]

  • Из густого тумана вырастает боец самообороны Майдана то ли с ножкой от стула, то ли с палицей в руках и в маске с прорезями для глаз.

  • [one_half first]Я даже в офисе никогда не была. Но при этом в Closer может быть абсолютно по-берлински – берлинское техно, как я его себе представляю».

    Рейвы в Малой опере
    «Было еще место, Малая опера, собственно, здание Киевской малой оперы – оно сейчас закрывается и проходит свой последний этап. Его занимали революционеры, оставили на пустынное прозябание, а потом какие-то ребята стали делать там клуб. Сначала он был достаточно андеграундным, а потом туда стали привозить ”больших артистов“; сначала еще был Emika, это нормально, а потом – баян на баяне. А есть еще Cinema – это лофт на территории огромного завода, там больше по-берлински. Там меньше ставят хаус, там очень много места, и ты можешь выйти покурить на подземную парковку, на которой очень классный свет, как в клипе FKA Twigs Ache».

    Клуб «Эфир» и маргинализировавшаяся интеллигенция
    «Самое дикое место в Киеве – это клуб ”Эфир“. Там ”питерское настроение“ – без обид, Петербург тут ни при чем, это просто выражение. Там обитает маргинализировавшаяся интеллигенция. В здании, похожем на ничем не примечательное госучреждение, на входе стоят этакие модели Гоши Рубчинского: высокие, бритые и в спорткостюмах. Посетители похожи на пациентов психиатрической больницы, часто в масках чумных докторов, но они все какие-то художники при этом».[/one_half][one_half]17.02, 10.50
    УЛИЦА АРТЕМА
    Киев стоит в тумане и дышит ленью: кажется, все считают своей заслугой тот факт, что пережили зиму. Я и сам поддаюсь этому влиянию, выключаю интернет на телефоне: на все письма отвечу уже в Москве, и неспешно иду до улицы Артема. Вдруг на ходу замечаю, как изуродован центр Киева точечными кирпичными высотками, построенными в нарушение закона. Почти про каждую из них мне рассказывали, что несколько последних этажей – приемная депутата из «Партии регионов», впрочем, никто из рассказывавших лично там не был, но у всех находился друг, готовый это засвидетельствовать. Последней, с кем мы успели встретиться в Киеве, стала Даша Лагенберг – один из главных стилистов города, работавшая в журнале Top 10, в прошлом арт-директор Mercedes-Benz Fashion Week Kiev и концепт-стора Sanahunt.

    Даша
    Город дружбы и дискохаус
    «Я здесь живу с 2000 года. В то время здесь была домашняя расслабленность. Я приехала поступать в институт и уже начала тусоваться. Была суббота, и я подумала: ”Надо найти какие-нибудь танцы!“. Я жила возле Золотых ворот, вышла на улицу, подошла к группе людей, которые больше всего мне приглянулись, и спросила, куда можно пойти потанцевать. Они мне сказали, что есть такой клуб ” Ультра“. [/one_half]

  • [one_half first]Легендарное место, с двумя этажами, кучей народу из телевизора, вообще отовсюду. Тогда было популярно диско, дискохаус, и все наряжались в какие-то безумные наряды. Это было безумная зима, последняя для клуба ”Ультра“. Благодаря ей у меня появилась сразу куча друзей. Киев вообще не город одиночества, это город дружбы, здесь умеют дружить».

    Заброшенная танцплощадка на Трухановом острове
    «В 2000-е все постепенно сходило на нет, все устали и не знали, что же будет впереди, больше пяти лет не было никакого места силы. Потом наступило время закрытых вечеринок, но они все были уставшие. Еще могу вспомнить то, что делали ”Жигули“: все эти вечеринки в странных местах, например, на заброшенной танцплощадке посреди леса на Трухановом острове.И сейчас ничего не могу назвать, что было бы не просто музыкой, а правда местом силы. Это касается не только заведений, а изданий, вообще всего. Сейчас нет в эфире 30-летних и нет школьников, тех, кому 13–18 лет, для них нет ничего. Я в школе читала ”ОМ“, ”Наш“, а сейчас ничего нет. Эта аудитория теперь потерянная».

    Витает в воздухе
    «Происходит подъем культуры, всем уже надоело чувство неприкаянности, особенно молодым, все больше тех, кто хочет что-то делать не только у себя в комнате. Я чувствую – что-то витает в воздухе и все будет по-другому: и мода, и музыка. Есть много маленьких общин, но есть и одна большая, которая сплачивает всех. Много общин с самой разной эстетикой. Молодежь, которая любит 90-е, я их называю ”тумблер“. Студенты Карпенко-Карого (Киевский национальный университет театра, кино и телевидения. – Прим. Port). Правда, мне странно их видеть, они говорят о том же, о чем там говорили десять лет назад, и выглядят так же: в вельветовых[/one_half][one_half]штанах и дедушкиных кардиганах, как будто время остановилось. И все эти люди из разных тусовок собираются на вечеринках в клубе Cinema, которые делает Боря из ”Жигулей“, и танцуют. Этим пока и живем».

    Стиль «жлобик»
    «Я училась на режиссерском факультете, и мода всегда была рядом, но это еще было не совсем про фэшн. В 2000-х здесь было много моды, люди как-то по особенному наряжались, даже просто идя на работу. Мне вообще нравится, как здесь женщины одеваются, я это называю ”жлобик“. Едешь в троллейбусе, и все пестрит этим шиком. ”Синхродоги“ в своем искусстве это все используют».

    17.02, 18.45
    ПОДОЛ
    Карты показывали одинаковое расстояние по Гоголевской и Тургеневской улицам, но мне настоятельно советуют идти по Тургеневской: «Красивее». Иду по ней и не понимаю, о чем шла речь: все выходящие на улицу старые дома находятся примерно в одинаковом состоянии (аварийном), кроме гостиницы, сверху донизу увешанной флагами Евросоюза.

    17.02, 19.50
    БОТАНИЧЕСКИЙ САД
    На обратном пути я настолько проникаюсь киевской атмосферой, что решаю зайти в магазин фермерских товаров из Закарпатья. На его пороге ко мне вдруг подбегает прохожий и орет мне в ухо: «Сейчас ты уедешь отсюда навсегда!». И прежде чем я успеваю обернуться, тут же убегает. Сразу после этого я поскальзываюсь и больно падаю на ступенях Ботанического сада. Когда я встаю, передо мной возникает бездомный, представляется офицером «Беркута» и требует пожать ему руку. Кажется, Киев прощается со мной. Пора домой.[/one_half]