Коллективное тело

Театр / Как курс Дмитрия Брусникина изменил московский театральный ландшафт

perevertyshКаждый год Школа-студия МХAТ выпускает отдельных хороших артистов. Иногда – редко – бывает так, что на свет появляется сразу целый готовый театр. «Брусникинцев» – 23 талантливых, красивых, ярких, не похожих друг на друга юношей и девушек – невозможно представить отдельно друг от друга. Они – при том что среди них есть уже и вполне себе звезды экрана – единый, тонко настроенный организм, способный производить музыкально-пластические рисунки любой конфигурации. А хулиганы из Cirque de Charles La Tannes, давние выпускники Брусникина Юрий Квятковский («Копы в огне») и Алексей Розин («Левиафан»),  преподающие на этом курсе с самого начала, задают ему какой-то правильный импульс.

На втором курсе они уже выбрались за пределы учебных репетиционных залов, обзавелись фан-клубом и небольшой продюсерской группой. После премьеры в «Практике» студенческого вербатима «Это тоже я» вокруг «брусникинцев» возник настоящий хайп. Монологи влюбленных пенсионеров и городских фриков, деклассированных элементов и театральных критиков чередуются в этом спектакле с хитами альтернативной сцены, исполненными с задором бывалого политического кабаре. Уловив голоса города, второкурсники пустили их по рок-н-ролльной волне.

Потом они отправились в музей. «Прометей прикованный» прозвучал в греческом зале ГМИИ им. Пушкина, гекзаметр Эсхила уносился высоко под портики к статуям богов и героев. Тем временем в особняке на Страстном бульваре открылась новая площадка «Боярские палаты». В ее сводчатых залах, между которыми перемещались зрители, «брусникинцы» показали ожившие работы Натальи Гончаровой и Михаила Ларионова. «Второе видение» – так назывался один из первых в Москве променадных спектаклей. Лубок и русский космизм в пышных костюмах, анекдотах и пластических этюдах монтировали на местности сценограф Галя Солодовникова, режиссер Юрий Квятковский и продолжатель русского инженерного театра АХЕ Максим Диденко.

Диденко же все лето готовил вместе с ними coup de force – балет-ораторию «Конармия», который бронебойно открыл сезон в Центре имени Мейерхольда. Роман Бабеля пересказан языком первого авангарда, рифмующим купание красного коня, ризу Богородицы и кровавые стяги революции. Это уже большая форма, большая сцена. И  взрослый разговор. «Ранняя слава не портит артистов. Можно сказать, с нее и начинается их профессиональная жизнь. Если актер может ее выдержать, значит, он готов, – говорит Дмитрий Брусникин. – В стенах школы-студии мы несколько лет занимались внутренней работой над собой. Теперь пришло время». — КАМИЛА МАМАДНАЗАРБЕКОВА