Стив Куган и Роб Брайдон

Что смотреть/ Гении комедии и режиссер Уинтерботтом сняли сиквел гастросериала «Путешествие»

Что смотреть/ В Италии весна. Грибные дожди, дикий укроп, глицинии, артишоки. В Камогли, небольшой рыбацкой деревушке посреди итальянской Ривьеры, закатное солнце выманило на улицы прохожих: редкие туристы изучают меню в местных желатериях, маленькая собачка гоняет по берегу чаек, а Стив Куган и Роб Брайдон задумчиво стоят на отельной террасе, оглядывая синие воды залива Парадизо.

Оба одеты согласно британскому представлению о Ривьере: чиносы, светлые блейзеры, мягкие туфли. Они увлечены дискуссией о том, как правильно соблазнять молодых итальянок. «Поехали в мой дом, примем стоячую ванну», – говорит Куган с гротескным итальянским акцентом. Брайдон меланхолично смотрит на водную гладь: «Лично я бы просто сразу спросил, какие хлопья они предпочитают есть на завтрак».
Они приехали в Италию на съемки второй части «Путешествия» – сериала Майкла Уинтерботтома для ВВС, который имел бурный успех у публики и у критиков (режиссер Ричард Кертис даже сказал, что это величайшая телепередача всех времен). Завязка заключалась в том, что The Observer отправил Кугана в гастрономический тур по Cеверной Англии, от таверны The Inn в Уайтвелле до ресторана York Arms в национальном парке Йоркшир-дейлс. Вследствие разных причин, среди которых фигурировал крах романтических отношений, ему пришлось взять с собой компаньоном Брайдона.

Шоу, конечно, было про еду – приготовление и подача каждого блюда были любовно зафиксированы камерой. Но еда не была главной темой. Брайдон и Куган играли утрированные версии себя, и повестка дня у них была непредсказуемая: свежевыловленные устрицы, свидания на одну ночь, липкий карамельный пудинг, имперсонации Майкла Кейна, цитирование поэтов эпохи Романтизма. Все это перемежалось размышлени- ями о славе, успехе и о том, как нелегко в нашем мире быть мужчиной среднего возраста. У «Путешествия в Италию» сценарий примерно тот же, только в более солнечной обстановке: национальная кухня от Лигурии до Капри, через Рим, Помпеи и Равелло.

Продлить шоу на второй сезон решились не сразу. «Разумеется, после первой части я не собирался делать никакого продолжения, – сообщает Брайдон. – Я думал, хватит, что тут еще можно сделать? Но с течением времени…» «Майкл сказал нам, что собирается снимать продолжение, а потом добавил, что подумывает об Италии. И я понял, что это хорошо звучит, – лениво соглашается Куган. – Я приехал сюда совершенно измотанным, а потом мы сели есть, выпили местного вина, и я подумал, что идея очень даже ничего. Ну и влился как-то постепенно». Брайдон вскидывает голову. Все это время он копался в своем айфоне в поисках какой-то особенно редкой записи песни Hot Legs Рода Стюарта. «Ты готов? – спрашивает он Кугана. – Зацени!»

Им уже попадались блюда, которые стоило запомнить. «Эта паста в такой вот миске! Помнишь? – с энтузиазмом объясняет Куган. – Еще равиоли. Что итальянцы умеют делать, так это простые блюда, состоящие из простых ингредиентов. Потому что у них эти ингредиенты – самого лучшего качества. Я таких помидор отродясь не ел…»

Успех первого сезона «Путешествия» удивил обоих. Уинтерботтому пришлось угостить их не одним обедом, чтобы втянуть в эту затею. «Мы долго отказывались, а потом я сказал: ” Роб, слушай, в конце концов в режиссерском кресле будет Майкл. Худшее, что нам грозит, это достойный, презентабельный провал“». Только позже, в Лейк-Дистрикт, когда они снимали в L’Enclume, Куган начал соображать, что они делают что-то особенное, потому что понял, что не может подобрать прямых аналогов.

Все это, впрочем, не значит, что Куган и Брайдон до конца понимают, как и что они в принципе делают. Точного плана нет: Уинтерботтом выдал им сценарий, в котором номинально прописаны несколько сюжетных поворотов и огромное количество тем для разговора, от итальянских приключений Байрона и Шелли до достоинств песни Аланис Морисетт Jagged Little Pill. Все остальное – более или менее вдохновенная импровизация. Уинтерботтом старательно избегает всего, что хоть отдаленно напоминает актерскую игру и продуманный сценарий. «Он постоянно стремится все деконструировать, и лично меня это иногда тревожит, – делится Куган. – Но разговаривать бесполезно. Его спрашиваешь: ” Ты зачем это оставил в фильме, мы же тут всю сцену повторяем одно и то же?“ А он тебе отвечает: ” Жизнь тоже склонна повторяться, мой друг“».

Мы отправляемся на ужин в город; в полупустом ресторане с видом на пляж актеры вместе со съемочной группой садятся за один длинный стол. В меню – кальмары, рыба-меч, гигантские креветки; отсутствие музыки в заведении компенсирует телефон Брайдона, из которого продолжает доноситься Род Стюарт, а также бесконечные подражания обоих актеров – то Пол Маккартни, то Роджер Мур, поющий Саймона и Гарфанкеля, то каскад историй на грани приличия, рассказанных голосом Алана Беннета («Я наблюдал, как плавают молодые дамы. Они раздвигали и сдвигали ноги под водой. Раздвигали и сдвигали. Раздвигали и сдвигали. А потом снова раздвигали…»).

Спустя несколько месяцев я снова встречаюсь с ними в Лондоне. Мы идем на ланч в Quo Vadis, заведении в Сохо, интерес к которому недавно освежили с помощью сезонного британского меню братья Харт. Брайдон уже за столом, когда приходит Куган. Они опять одеты практически одинаково. «С нами это часто случается. Я тоже почти надел синий свитер под свой твидовый пиджак, когда выходил. Ну-ка, а во что ты обут?» У обоих на ногах коричневые броги. «Коричневые – это смело! – смеется Куган. – Я тоже люблю сделать какой-нибудь дикий, неожиданный акцент на обуви». Для него это был успешный год: хорошие рейтинги «Альфа-папы» и «Филомены», приз за вклад на British Comedy Awards. Разговор быстро скатывается в стандартную колею, где Куган – прижившийся в Голливуде франт, а Брайдон – восходящая звезда.
«Я тут на днях болтал с Уорреном Битти», – сообщает Куган, пока они изучают меню. «Ха-ха-ха! – реагирует Брайдон. – Как он? Не видел его тыщу лет, наверное, с прошлого Рождества!»

Подходит официант, Брайдон заказывает пастуший пирог. Куган суетится: «Так, значит, я должен заказать что-то еще. Я собирался тоже взять пирог, но теперь, получается, смогу попробовать кусочек у тебя. Что такое кокелет?» Официант объясняет, Стив выглядит очень напуганным: «СЕРЬЕЗНО? А что тогда такое онглет? Ладно, не объясняйте, я боюсь узнать ответ. Принесите-ка мне лучше ягненка».
Брайдон не оставляет попыток вернуться к разговору про Уоррена Битти. «Ты когда-нибудь встречался с Уорреном?» – спрашивает его наконец Куган. «Встречался ли я с Уорреном? Встречался ли Уоррен со мной!» – оскорбляется Брайдон.

Вывести их на разговор о еде очень трудно. Едва они начнут обсуждать удивительную еду, которую попробовали в Италии: лингвини с морепродуктами или то-отличное-ризотто-в-семейном-ресторане-в-тот-жутко-жаркий-день, – как Брайдон тут же внезапно сорвется на разговор про Бобби Давро в горячей ванне или Кугану придет в голову высказаться о неизменной грусти, сопутствующей отелям бизнес-класса: «Знаешь, такие места, которые снаружи выглядят очень милыми, но внутри у них установлены пожароустойчивые двери, а на лестницах – дорожка, приделанная медными или резиновыми скобами к ступеням. Ты на все это смотришь и каждый раз как будто отдаешь им кусочек собственной души».

Я спрашиваю, насколько вообще для «Путешествия» важна еда. «В этот раз я вообще мало обращал внимания на еду, – отвечает Брайдон, отвлекаясь от своей копченой пикши. — Меня гораздо больше волновало, насколько интересным я буду для зрителя. Если честно, сама еда мне довольно часто казалась чем-то вроде неизбежного неудобства, она все время отвлекала от главного».

Действительно, собственные диалоги они помнят лучше, чем меню ресторанов, в которых побывали. «Ты видел сцену в Равелло? – спрашивает Брайдон у Кугана. – Мы там такие пьяные. Ты посмотри на мои глаза. Это было жутко весело. Мы изображали Гора Видала, ты никак не мог вспомнить нужную цитату и очень на меня ругался, что я напился».

Второй сезон, говорят они, был больше похож в процессе создания на бродячий цирк: поездки из города в город, еда, выпивка, постоянные посиделки на пляже. «Это было волшебно, – с теплотой произносит Брайдон, – это было настоящее путешествие. Можно даже проследить, как параллельно движению с севера на юг мы сами становимся лучше и чуточку теплее. Вообще-то наши отношения так и развивались. За кадром мы пережили свою маленькую партнерскую Одиссею». «Да, пожалуй, мы стали намного ближе», – сообщает Брайдон, и Куган замирает с вилкой у рта. «Мне не нравится такая формулировка», – говорит он, и оба смеются. «Стив борется со своими чувствами, понимаете. Но если бы он был чуть более открытым и умел бы говорить о том, что у него внутри, я знаю, он бы тоже признался, что чувствует, как мы стали близки», – невозмутимо настаивает Брайдон.

При этом, несмотря на все усилия в рамках сериала, в обычной жизни они не общаются. «Это один из тех случаев, когда жизнь просто встает на пути отношений, – размышляет Куган. – Но при этом, знаете, я думаю, на нашей совместной работе это отражается очень даже хорошо. Потому что нам все еще есть что сказать друг другу». Брайдон внезапно достает телефон. «У меня есть видео, как он прыгает со скалы. Хотите посмотреть? – анонсирует он, пока ищет нужный файл. – Дамы и господа, встречайте: мистер Стив Куган, прыжок со скалы». Мы смотрим видео: теплый весенний день, синяя водная гладь, Куган действительно сигает в воздух со скалы.

«Я вам могу объяснить, что на этот раз было классно, – продолжает Брайдон, – что часто мы останавливались в хорошем отеле, а вся остальная группа – в отеле похуже на той же улице.

Нам надо было все время жить и есть вместе, и мы наконец сдружились. И теперь, – произносит он с нежностью, которая кажется одновременно комичной и очень искренней, – теперь мы очень счастливы вместе». — ЛОРА БАРТОН

Фильм «Путешествие в Италию» (The Tryp To Italy) можно увидеть на канале BBC 2; летом фильм выходит в кинопрокат в США и Европе