Величина Фут

Актер, биограф Бо Браммела и Казановы повествует о взлете и падении Сэмюэла Фута, первого лондонского денди.

Часто говорят, что британские чувство юмора и чувство стиля родились в один и тот же период в истории Лондона — в георгианскую эпоху, которая подарила нам самые изящные здания, романы, комедии, лондонский Вест-Энд и стрелку на брюках. Жизнь прославленного одноногого комедийного актера XVIII века, ныне забытого мастера пародии, Сэмюэла Фута протекала главным образом в кофейнях окрест Ковент-Гардена и на сцене, до сих пор хранящей его следы, — в Королевском театре Хеймаркет.

Впервые я наткнулся на упоминания о Футе, когда изучал биографию Бо Браммела — автора афоризма, гласящего, что, если люди оборачиваются на вас, вы одеты либо слишком формально, либо чересчур модно. Сэмюэл Фут был самопровозглашенным денди в более старом смысле слова, подразумевавшем склонность к чрезмерности. Поговорка «лучше меньше да лучше» была явно не про него. Он верил в неистовый эпатаж во всех проявлениях: будь то игра на сцене, манера одеваться, писание детективов или украшение собственных башмаков с пряжками. Хотя в 1766 году, когда его слава достигла зенита, уже приходилось говорить лишь об одном башмаке. По сути, Фут стал первой в мировой истории одноногой знаменитостью, породившей целый ряд бестактных острот — некоторые из них вроде скетча про Тарзана с участием Питера Кука и Дадли Мура были исполнены века спустя.

Фут на картине The Devil upon Two Sticks (автор неизв., из собрания Говардов)

Фут на картине The Devil upon Two Sticks (автор неизв., из собрания Говардов)

«— Так значит, вы, одноногий мужчина, претендуете на роль Тарзана — роль, которую традиционно играет актер с двумя ногами. И тем не менее вы претендуете на роль, для которой наличие пары ног, казалось бы, является наименьшим из требований. Стоит ли мне отметить, что вам недостает раздвоения ног?

— Раздвоения ног?

— Именно, раздвоения ног. Аккурат на одну штуку. Вот правая нога мне ваша очень нравится. Отличная нога для этой роли. Вы вошли, и я прямо так себе и сказал: «Отличная нога для этой роли». Против вашей правой ноги у меня ничего нет. Беда в том, что и у вас — тоже».

Восхождение Фута к вершинам славы было определено тремя никак не связанными случаями: потерей ноги в результате одного злосчастного розыгрыша; его феноменальным пародийным талантом; убийством в семье, которое он успешно переплавил в детективный бестселлер. Из этого нарисовалась совершенно уникальная в театральной истории творческая биография. Он пренебрегал условностями в исполнении женских ролей, обходил цензуру, выдавая свои хлесткие сатирические зарисовки за «легкие безделицы», написал целый ряд пьес для одноногих актеров (как насчет сэра Люка Лимпа в «Хромом любовнике»?) и основал лондонский Королевский театр Хеймаркет.

Затем, на пике славы, его карьера резко оборвалась из-за двух скандальных судебных процессов по делу о преступлениях на почве секса, потрясших георгианское высшее общество. Здесь уже можно уловить предвестие будущего падения Оскара Уайльда, еще одного великого острослова, осужденного и загубленного за гомосексуальность. Только история с Футом — неважно, был ли он геем или нет, — имела совсем иное продолжение. Ибо обвинение в «содомических посягательствах» на одного из домашних слуг поначалу казалось смехотворным: подобная атака требовала поистине чудодейственной ловкости, учитывая анатомические особенности предполагаемого преступника (еще больше шуток вызвала вскрывшаяся подробность о том, что жертвой господина Фута (Foote) был его лакей, то бишь footman).

Дендизм — это прежде всего острый ум. В особенности в его комической ипостаси. То есть в умении серьезно взглянуть на вещи, которые, как правило, почитаются легкомысленными, и легкомысленно говорить о неоспоримо серьезных материях. Многие шутки в пьесах Уайльда строятся именно на этом парадоксе. И всякий, кто может посмеяться над своей ампутированной ногой, над методистами и дядюшкой, кончившем жизнь на виселице, будучи при этом смертельно серьезным, если дело касалось его собственного замшевого костюма, — безусловно, денди в уайльдовском понимании слова. Дендизм как маскарад, как воплощение некоего персонажа, как тщательно созданный и превращенный в товар образ — все это явно предвосхитило появление понятия знаменитости в нынешнем смысле слова.
Фута оправдали, но он так и не оправился от выдвинутых против него обвинений. Ему пришлось покинуть нежно любимый Хеймаркет и спасаться бегством, но он умер в Дувре, не дождавшись парома во Францию. В крушении Фута (которое, как и в случае с Уайльдом, и с Браммелом, стало частью их загадки) многие усматривают повод для морализаторства, но это и доказательство того, что, когда речь заходит о знаменитостях, их падения привлекают нас не меньше взлетов. К счастью, все, что Фут говорил об одежде, о славе, о Лондоне на пороге времен — несмотря на все свои страдания и невзгоды, — он говорил с юмором. И это делает его очень необычным героем. И исключительно хорошо одетым в придачу.

Книга Иэна Келли «Нога мистера Фута; Комедия, трагедия и убийство в георгианском Лондоне» вышла в конце 2012 года в Великобритании.