Величина Фут

Актер, биограф Бо Браммела и Казановы повествует о взлете и падении Сэмюэла Фута, первого лондонского денди.

Часто говорят, что британские чувство юмора и чувство стиля родились в один и тот же период в истории Лондона — в георгианскую эпоху, которая подарила нам самые изящные здания, романы, комедии, лондонский Вест-Энд и стрелку на брюках. Жизнь прославленного одноногого комедийного актера XVIII века, ныне забытого мастера пародии, Сэмюэла Фута протекала главным образом в кофейнях окрест Ковент-Гардена и на сцене, до сих пор хранящей его следы, — в Королевском театре Хеймаркет.

Впервые я наткнулся на упоминания о Футе, когда изучал биографию Бо Браммела — автора афоризма, гласящего, что, если люди оборачиваются на вас, вы одеты либо слишком формально, либо чересчур модно. Сэмюэл Фут был самопровозглашенным денди в более старом смысле слова, подразумевавшем склонность к чрезмерности. Поговорка «лучше меньше да лучше» была явно не про него. Он верил в неистовый эпатаж во всех проявлениях: будь то игра на сцене, манера одеваться, писание детективов или украшение собственных башмаков с пряжками. Хотя в 1766 году, когда его слава достигла зенита, уже приходилось говорить лишь об одном башмаке. По сути, Фут стал первой в мировой истории одноногой знаменитостью, породившей целый ряд бестактных острот — некоторые из них вроде скетча про Тарзана с участием Питера Кука и Дадли Мура были исполнены века спустя.

Фут на картине The Devil upon Two Sticks (автор неизв., из собрания Говардов)

«— Так значит, вы, одноногий мужчина, претендуете на роль Тарзана — роль, которую традиционно играет актер с двумя ногами. И тем не менее вы претендуете на роль, для которой наличие пары ног, казалось бы, является наименьшим из требований. Стоит ли мне отметить, что вам недостает раздвоения ног?

— Раздвоения ног?

— Именно, раздвоения ног. Аккурат на одну штуку. Вот правая нога мне ваша очень нравится. Отличная нога для этой роли. Вы вошли, и я прямо так себе и сказал: «Отличная нога для этой роли». Против вашей правой ноги у меня ничего нет. Беда в том, что и у вас — тоже».

Восхождение Фута к вершинам славы было определено тремя никак не связанными случаями: потерей ноги в результате одного злосчастного розыгрыша; его феноменальным пародийным талантом; убийством в семье, которое он успешно переплавил в детективный бестселлер. Из этого нарисовалась совершенно уникальная в театральной истории творческая биография. Он пренебрегал условностями в исполнении женских ролей, обходил цензуру, выдавая свои хлесткие сатирические зарисовки за «легкие безделицы», написал целый ряд пьес для одноногих актеров (как насчет сэра Люка Лимпа в «Хромом любовнике»?) и основал лондонский Королевский театр Хеймаркет.

Затем, на пике славы, его карьера резко оборвалась из-за двух скандальных судебных процессов по делу о преступлениях на почве секса, потрясших георгианское высшее общество. Здесь уже можно уловить предвестие будущего падения Оскара Уайльда, еще одного великого острослова, осужденного и загубленного за гомосексуальность. Только история с Футом — неважно, был ли он геем или нет, — имела совсем иное продолжение. Ибо обвинение в «содомических посягательствах» на одного из домашних слуг поначалу казалось смехотворным: подобная атака требовала поистине чудодейственной ловкости, учитывая анатомические особенности предполагаемого преступника (еще больше шуток вызвала вскрывшаяся подробность о том, что жертвой господина Фута (Foote) был его лакей, то бишь footman).

Дендизм — это прежде всего острый ум. В особенности в его комической ипостаси. То есть в умении серьезно взглянуть на вещи, которые, как правило, почитаются легкомысленными, и легкомысленно говорить о неоспоримо серьезных материях. Многие шутки в пьесах Уайльда строятся именно на этом парадоксе. И всякий, кто может посмеяться над своей ампутированной ногой, над методистами и дядюшкой, кончившем жизнь на виселице, будучи при этом смертельно серьезным, если дело касалось его собственного замшевого костюма, — безусловно, денди в уайльдовском понимании слова. Дендизм как маскарад, как воплощение некоего персонажа, как тщательно созданный и превращенный в товар образ — все это явно предвосхитило появление понятия знаменитости в нынешнем смысле слова.
Фута оправдали, но он так и не оправился от выдвинутых против него обвинений. Ему пришлось покинуть нежно любимый Хеймаркет и спасаться бегством, но он умер в Дувре, не дождавшись парома во Францию. В крушении Фута (которое, как и в случае с Уайльдом, и с Браммелом, стало частью их загадки) многие усматривают повод для морализаторства, но это и доказательство того, что, когда речь заходит о знаменитостях, их падения привлекают нас не меньше взлетов. К счастью, все, что Фут говорил об одежде, о славе, о Лондоне на пороге времен — несмотря на все свои страдания и невзгоды, — он говорил с юмором. И это делает его очень необычным героем. И исключительно хорошо одетым в придачу.

Книга Иэна Келли «Нога мистера Фута; Комедия, трагедия и убийство в георгианском Лондоне» вышла в конце 2012 года в Великобритании.